Фрейд и Юнг

1. Фрейд и Юнг

«За и против»

2. Характеристика 19 века у К. Юнга

• «Викторианская эпоха – это время, для которого характерно
вытеснение инакомыслия, когда предпринимались
судорожные попытки с помощью морализаторства
искусственно продлить жизнь анемичным (т.е. бессильным,
нежизненным – Н.Х.) идеалам бюргерской
добропорядочности… В течение XIX в… Просвещение
постепенно взяло верх, что выразилось в первую очередь в
распространении научного материализма и рационализма…
Свойственное Фрейду просветительское пристрастие к
негативным определениям основывается на том
историческом обстоятельстве, что в викторианскую эпоху
культурные ценности использовались для подтасовки
картины мира в соответствии с буржуазными
представлениями и главная роль среди этих ценностей
отводилась религии… века девятнадцатого, с его
склонностью к иллюзиям и лицемерию, с его
полуправдами и фальшью высокопарного изъявления
чувств, с его пошлой моралью и надуманной постной
религиозностью, с его жалкими вкусами».

3. Характеристика 19 века у К. Юнга

• ... девятнадцатый век ради сохранения своей картины мира
уродовал вполне естественные вещи, принося их в жертву
своим сентиментально-морализаторским добродетелям…
Фрейд, как Ницше и как мировая война… также дает ответ на
вопрос о том, чем был болен девятнадцатый век. В этом,
может быть, основное содержание его сочинений».
Недоверчивое отношение к нашей культуре с присущими ей
ценностями является неврозом времени. Если бы в наших
убеждениях все было бесспорно, тогда в них ничто нельзя было
бы поставить под сомнение... Уходя, девятнадцатый век
оставил нам, однако, наследство из такого большого числа
сомнительных утверждений, что сомнение не только возможно,
но и оправданно и даже полезно. То, что в них равнозначно
золоту, можно обнаружить лишь одним способом: пусть они
пройдут испытание огнем.

4. Характеристика 19 века у К. Юнга

• «Если, следуя нашему подходу, соотносить учение Фрейда с
прошлым и видеть в нем одного из выразителей
неприятия… века девятнадцатого, с его склонностью к
иллюзиям и лицемерию, с его полуправдами и фальшью
высокопарного изъявления чувств, с его пошлой моралью и
надуманной постной религиозностью, с его жалкими
вкусами, то, на мой взгляд, можно получить о нем гораздо
более точное представление, нежели… принимать его за
провозвестника новых путей и истин. Фрейд – великий
разрушитель, разбивающий оковы прошлого. Он
освобождает от тлетворного влияния прогнившего мира
старых привязанностей. Он показывает, как можно коренным
образом изменить отношение к ценностям, которое
разделяли еще наши родители, например, к
сентиментальной родительской лжи, что они, мол, «живут
только для детей», или к представлению о благородном
сыне, который «всю жизнь готов носить мать на руках», или к
идеалу, согласно которому дочь «всегда поймет» отца. Ранее
все эти вещи воспринимались как должное».

5. К.Юнг об истоках учения Фрейда:

• «Когда узнаешь, как девятнадцатый век ради сохранения своей
картины мира уродовал вполне естественные вещи, принося их в
жертву своим сентиментально-морализаторским добродетелям,
начинаешь понимать, что́ имел в виду Фрейд, утверждая, будто
младенец, получая материнскую грудь, приобщается к
сексуальности. А пожалуй, именно это утверждение раздражало
больше всего. Дело в том, что, ставя под сомнение неоспоримую
невинность детского стремления к материнской груди, Фрейд
толкает к пересмотру понимания всей сути взаимосвязи между
матерью и ребенком. Самое главное, что этим утверждением
предпринимается попытка одним махом разрушить представление о
«святом материнстве». То, что мать вынашивает ребенка, является
делом не святым, а естественным. И когда говорят о его святости, то
невозможно отделаться от подозрения, что это делается для того,
чтобы прикрыть что-то, этой святости напрочь лишенное. Фрейд так
прямо и указал, что́ «за этим скрывается»; только он, к несчастью,
показал в невыгодном свете грудного ребенка, а не его мать…

6. К.Юнг о «ненаучности» учения Фрейда:

«Наука, как подразумевается, стремится рассуждать непредвзято, без
тенденциозности и исчерпывающе. Теория Фрейда, напротив, сообщает в
лучшем случае полуправду, а потому нуждается для своего утверждения и
распространения в догматической твердолобости и инквизиторском
фанатизме. Научная истина довольствуется констатацией фактов. Однако
психоаналитическая теория вовсе не имеет тайного намерения прослыть
научной истиной, а стремится воздействовать на широкую публику. И уже по
одному этому можно догадаться, что возникла она в кабинете психиатра. Она
провозглашает то, что сначала должен почувствовать нутром невротик,
живущий на рубеже двух столетий, ибо он является одной из тех жертв
психологии поздневикторианской эпохи, которые даже не подозревают об
этом. Психоанализ разрушает в нем ложные ценности постольку, поскольку
способствует избавлению от гниющих остатков скончавшегося девятнадцатого
века… Мы должны быть признательны бескомпромиссной односторонности
Фрейда, когда видим, что теперь медицина в состоянии лечить неврозы, поособому подходя к ним в каждом отдельном случае, и что наука обогатилась
методом, позволяющим изучать психологию индивида. До Фрейда
возможность всего этого допускалась лишь в порядке исключения».
Невротик, по Юнгу, напрямую и непосредственно переживает недостатки,
отклонения культуры и общества 19 в. По нему можно судить о болезни
европейской культуры и общества этого времени. А Фрейд эту конкретную
историческую ситуацию возвел в общий принцип для объяснения человека
вообще.

7. Юнг о детском восприятии

• «В детской непосредственности заключается необходимое для
творчества отсутствие заранее данных ограничителей, а иллюзия
есть естественное проявление жизни. И та и другая нигде и никогда
не подчиняются договорно обусловленным критериям разумности и
полезности, как и не поддаются размену на них».
• Детская непосредственность и иллюзии (фантазии), по Юнгу –
полноценные и непременные условия развития ребенка и дальше
взрослого человека. Не должно быть здесь внешних ограничений
или подозрений, как у Фрейда, что это культурные заменители
детской сексуальности.
• «…человеческая душа не есть всего лишь продукт духа конкретного
времени. Это материя, отличающаяся гораздо большей
основательностью и неизменностью. То, что мы называем
«девятнадцатым веком», – это всего лишь феномен локального и
преходящего развития, который, подобно тонкому слою пыли,
покрывает уже давно живущую душу человечества». Душа
человека, по Юнгу, корнями уходит в историю тысячелетий и ее
нельзя объяснить условиями и недостатками только 19 века. 19 век –
это «тонкий слой пыли», покрывающий душу человечества…

8. В чем значение учения Фрейда?

• П. Фонда: «Фрейд пытался определять психоанализ в трех его
направлениях:
• - как метод познания;
• - как теорию психической деятельности;
• - как метод терапии». Есть практическая сторона учения: терапия неврозов,
возникшая первой, а на ее основе сложилась сторона теоретическая: метод
познания психики, во-первых, и возникшая теория психики, во-вторых.
• Луиджи де Марчи (1965): «Общество по отношению к открытиям Фрейда и
их политическим следствиям повело себя как дети, открывшие
«непристойные тайны» сексуальности: они много говорят о них между
собой, их порой преследуют навязчивые мысли об этом, но они всегда
отказываются признать важную роль подобных мыслей перед отцовской
властью; и еще менее они склонны предположить, что эти «непристойные
тайны» управляют также поведением отца, матери и всей власти в целом».
• Общество, по Марчи, лицемерит: думает, говорит «про Это», а при этом
отрицает это на уровне культуры как что-то недостойное, «грязное»…
• Еще возникает вопрос о смысле утверждения об «отцовской власти»: это
продолжение темы 19 века с патриархальностью общества,
морализаторством и связью с утвердившейся формой сексуальных
отношений и их сокрытия, лицемерия?

9. Еще о значении учения Фрейда:

• Роберт Каливода (1971): «Огромное значение фрейдовской теории
инстинктов для общей теории человека заключается в первую
очередь в том, что инстинкты, как это особенно ясно показано на
последней стадии исследований Фрейда, не имеют абсолютно ничего
общего с обыкновенными физиологическими инстинктами. Вся
область «Этого» является именно психической…
• …Разнообразие энергии человеческого инстинкта, его динамика и
конфликтность, его способность к метаморфозам отличают
жизненный инстинкт человека от инстинктов животных. Огромная
заслуга психоанализа и, конечно, в первую очередь Фрейда в
качественном познании человека, в том, что они проанализировали
разнообразие и способность к трансформации энергии
человеческого инстинкта, а особенно – природной сексуальности
человека».
• Согласно Каливоде, инстинкты животных имеют только
физиологическую природу, а у человека они включены в культурную
среду воспитания ребенка. Поэтому «область «Этого», т.е.
человеческой сексуальности, – область не физиологического, как
это имеет мест естественным образом у животных, это область
«именно психическая».

10. Еще о значении учения Фрейда:

• Томас Зац (1975): «Еще вчера психоанализ обещал сделать для
освобождения Внутреннего Существа то же, что Либеральное Общество –
для освобождения Внешнего Существа. Это две стороны современных
Рационализма и Индивидуализма, пытавшихся и пытающихся в настоящее
время укрепить Автономную Личность и Свободное Общество. Удалось ли
им это сделать? Слишком рано, чтобы дать ответ. Игра еще не закончена».
• Томас Манн (1976): «Я абсолютно убежден в том, что в свое время в трудах,
которым Фрейд посвятил свою жизнь, будет обнаружен один из важнейших
камней для строительства новой антропологии, создающейся сегодня
различными способами, а также для заложения основ будущего
человеческого рода более мудрого, более свободного…
Психоаналитическая доктрина способна изменить мир. Благодаря ей был
посеян дух недоверия, подозрения к скрытым сторонам души,
позволивший их разоблачить. Этот дух, однажды пробудившись, никогда не
исчезнет. Он пронизывает всю жизнь, подрывает ее наивность, лишает ее
пафоса, свойственного незнанию».
• По Т. Зацу демократия стремится обеспечить внешние права и свободы
человеку, а учение Фрейда освобождает человека от внутренних оков
бессознательного. Т. Манн поэтому утверждает, что учение Фрейда – «один
из важнейших камней» в строительстве новой науки о человеке (новой
антропологии).

11. Теория Фрейда научна:

• П. Фонда: «чем наука отличается от религий и идеологий,
воспринимающихся как религия. Для последних значимо то,
что существует некий основной текст, Библия, Коран или
какая-то другая книга, в которой уже все сказано, и
содержание которой можно в более позднее время только
объяснять, а интерпретация не может переходить границу
этого содержания. Что касается научных текстов, то они с
самого начала претендуют лишь на то, что было открыто во
время написания книги, а также – на объяснение
исследованных феноменов на основе известных тогда
теорий и гипотез… Фрейд… не писал какой-то всеобщий
текст, который бы мог навсегда все объяснить... Он, конечно,
составил теорию психоанализа, но таким образом, что
психоанализ оставался открытым для дальнейшего
развития».
• Фонда, в отличие от Юнга, признаёт Фрейда именно как
ученого, открывшего, как Коперник, Дарвин, то, что людям с
ходу признавать трудно и не хочется…

12. Юнг о Фрейде как враче, а не ученом

• К. Юнг: «Общая психологическая теория, следующая принципу
научности, не может иметь в качестве своего основания
отклонения, присущие девятнадцатому веку… Фрейду остался
недоступным тот глубоко лежащий пласт психики, который присущ
всем людям. Проникнуть в него он не умел и не смел, поскольку в
противном случае изменил бы своей культурно-исторической задаче.
Зато уж эта задача оказалась ему по плечу – ее решение принесло
заслуженную славу человеку, который сделал поиски этого решения
смыслом всей своей жизни».
• «Фрейд всегда оставался врачом. И чем бы ему помимо своего
профессионального дела ни приходилось заниматься, у него перед
глазами стояла невротическая духовная конституция, та духовная
установка, которая и делает больного больным и упорно мешает
ему стать здоровым».
• Заслуживает внимания то, что больного больным делает «духовная
установка»: на физическое, психическое и психологическое
состояние человека надо смотреть в контексте «духовной установки»
и не иначе. Дальше, по Юнгу, «беда» Фрейда, что он «отклонения,
присущие 19 веку», возвел в универсальный принцип объяснения
человека вообще, а более «глубоко лежащий пласт психики» не
увидел.

13. К.Юнг об истоках учения Фрейда:

• «Историю духовной жизни уходящего XIX в. и вступающего в свои
права XX в. больше нельзя себе представить без имени Фрейда…
Фрейд был «врачом по нервным болезням» (в самом строгом
смысле этого слова) и так и оставался им, за что бы он ни брался. Он
не был ни психиатром, ни психологом и ни философом. Что касается
философии, то он не знал даже элементарнейших вещей,
необходимых для того, чтобы заниматься ею».
• «Фрейд обладает пристрастностью, типичной для представителя
Просвещения (часто цитирует вольтеровское «Раздавите гадину» (У
Вольтера имеется в виду религия, Церковь и означает: «Раздавите
Церковь», т.е. предрассудки, лицемерие – Н.Х.), и с удовлетворением
отмечает то, что, «собственно, за всем этим стоит»: все сложные
образования духовной жизни, такие, как искусство, философия и
религия, подозреваются им в том, что не представляют собой
«ничего кроме» результатов вытеснения сексуального инстинкта.
Это устойчивое отношение Фрейда к общепризнанным культурным
ценностям… обусловлено исторически. Он смотрит так, как ему
диктует его время. Лучше всего это видно в его сочинении «Будущее
одной иллюзии», где религия представлена таким образом, что
полностью соответствует предрассудкам эпохи господства
материализма».

14. К.Юнг об истоках учения Фрейда:

• «Свойственное Фрейду просветительское пристрастие к
негативным определениям основывается на том
историческом обстоятельстве, что в викторианскую эпоху
культурные ценности использовались для подтасовки
картины мира в соответствии с буржуазными
представлениями и главная роль среди этих ценностей
отводилась религии, которая как раз и оказывалась религией
вытеснения. Именно это искаженное отношение к религии
принимается Фрейдом за ее суть. В том же ключе
понимается им и человек: его видимые характеристики…
соответственно предполагают таящийся в скрытой глубине
фундамент, представляющий собой вытесненную детскую
сексуальность; да, любые положительные качества или
творческие способности человека имеют, по Фрейду, своим
основанием нечто отрицательное, пережитое в пору его
детства…».
• Фрейд, по Юнгу, не доверяет человеку: основанием
творчества или моральных качеств человека у него выступает
«нечто отрицательное, пережитое в пору его детства»…

15. К.Юнг об истоках учения Фрейда:

• «Понять его (Фрейда) невозможно, если исходить из того, что он
смотрит вперед. Все в его рассуждениях обращено назад, и при
этом он склонен замечать далеко не все. Его интересует лишь то,
откуда берутся занимающие его предметы, а не то, что происходит с
ними потом… Он неизменно исходит из предпосылки, что перед
ним находится человек с невротически перерожденной душой,
который наполовину неохотно, наполовину с плохо скрытым
удовольствием рассказывает под испытующим взором врача о своих
тайнах. Поскольку невротик не только несет в себе свою
собственную болезнь, но всегда служит выразителем состояния
духа конкретных места и времени, между индивидуальным
заболеванием и некоторыми общезначимыми условиями духовной
жизни изначально существует определенная связь».
• Коренной недостаток учения Фрейда, по Юнгу, что на всякого
человека он смотрит как на невротика, у кого душа «невротически
перерождена» в детстве через воспитание. Болезнь отдельного
человека может рассказать одновременно и о духовном состоянии
социального окружения, в котором больной воспитывался. Он
служит выразителем «состояния духа конкретных места и времени».

16. Становление учения Фрейда по Юнгу

• «Бройер был первым, кто определил, что вызывающие
заболевание «представления» являются воспоминаниями
об определенных событиях, обозначенных им как
причиняющие травму (или вызывающие повреждение)…
Они (Фрейд и Бройер) увидели, что вызывающее
соответствующие симптомы действие «представлений»
основывалось на том или ином аффекте. Эти аффекты
отличало то, что они никогда не выступали в своем
подлинном виде и тем самым всегда от сознания так или
иначе ускользали. Задача терапевта заключалась в этом
случае в том, чтобы вызывать реакцию, сводящую на нет
действие этих «защемленных» аффектов».
• Здесь важно то, что за нервными болезнями скрываются
некие аффективные переживания, скрытые, неподвластные
сознательному контролю и воздействию. Терапевт должен
был разными средствами воздействовать на эти подспудно
живущие в человеке аффекты, чтобы сделать их явными для
больного и тем самым нейтрализовать.

17. О сновидениях

• Вначале его внимание привлекла проблема сновидений.
Он быстро обнаружил (или полагал, что обнаружил), что
факторы, вызывающие травмы, из-за болезненности
своего действия оставались за пределами сознания. А
эта болезненность объяснялась (согласно его
тогдашнему пониманию) тем, что во всех без
исключения случаях они происходили из сферы
отношения полов. Теория сексуальной травмы была
первой самостоятельно созданной им теорией о
природе истерии».
• Душевные травмы вызываются, как обнаружил Фрейд,
скрытыми от сознания факторами и причину этого
объяснил происхождением их из половой сферы.
Природа истерических заболеваний, по Фрейду, –
сексуальная травма, уходящая в детство.

18. О сновидениях

• «Движущей силой разрастания фантазии он избрал детскую
сексуальность, о которой прежде никто не желал даже речи
вести. В медицинской литературе давно, конечно, описывались
случаи ненормально раннего развития сексуальности, но это не
относилось к сравнительно нормальным детям... Занимаясь
тщательными исследованиями специфического душевного
состояния пациентов, страдающих неврозами и особенно
истерией, Фрейд не мог не заметить, что, кроме всего прочего,
для них зачастую характерны весьма живо протекающие
сновидения, о которых они к тому же очень любят рассказывать.
По своим структурным особенностям и выразительности такие
сновидения часто бывают аналогичны симптоматике неврозов...
На конкретном материале автор пытался показать, что
сновидения – иносказательная форма осуществления
желаний…».
• Заслуга Фрейда по Юнгу: обратил внимание на сновидения как
путь изучения душевных состояний; недостаток: объяснение снов
включил в концепцию детской сексуальности.

19. О сновидениях

• «нельзя не воздать должное мужеству ученого, сделавшего
предметом серьезной дискуссии такую непопулярную в его среде
вещь, как сновидения. То, что нам, молодым психиатрам,
импонировало больше всего, – это не предложенные метод или
теория, представлявшиеся нам в высшей степени спорными, а то,
что кто-то вообще осмелился основательно заняться изучением
сновидений. В результате был открыт путь к пониманию внутренней
картины формирования галлюцинаций и фантасмагорий при
шизофрении, описываемых до тех пор лишь в виде совокупности
их внешних проявлений. Кроме того, исследования сновидений
стали ключом к ответам на многие вопросы из области нормальной
психологии и психологии неврозов. Великой заслугой «Толкования
сновидений», имеющей весьма далеко идущие последствия, стало
именно то, что сновидения снова стали предметом дискуссии».
• Здесь Юнг говорит о мужестве Фрейда как ученого, через которого
сновидения вернулись как объект изучения и стали изучаться
научно. Открылся путь к изучению внутренней картины
формирования галлюцинаций, фантазий при шизофрении, а до этого
описывались лишь внешние их проявления.

20. Фрейд - просветитель

• «он был «захвачен» идеей, т.е. это был человек, на которого
произвела необыкновенное впечатление открытая им
истина, и он двинулся навстречу ей, чтобы навсегда остаться
покоренным своей идеей. Такое открытие произошло в
результате встречи с идеями Шарко, вызвавшими в нем то
первичное представление об искушаемой демонами душе и
то страстное желание познания, которые должны были
привести его к открытию до тех пор неизвестного мира. Он
чувствовал, что держит ключ к мрачным подземельям,
скрывающим тайны одержимости... Он верил в мощь
интеллекта… Каких только благоприятных последствий не
ожидал он от просвещения, и не случайно его любимым
изречением было вольтеровское «Раздавите гадину»».
• «Идея» Фрейда: что он открыл подлинные движущие силы в
человеке, что он обнаружил «мрачные подземелья» в
человеческой душе, которые никто в человеке не
обнаруживал, а они и есть то, что лежит в основе
человеческой жизни, всей культуры человечества…

21. О различении духов

• Везде, где только было возможно, лишал он «дух» властных
полномочий, видя в нем всего лишь обладателя того, что ему не
принадлежит, и силу, осуществляющую вытеснение; делал он это,
сводя его к «психологической формуле… Как-то раз в ходе одной
беседы, имевшей принципиальное значение, я постарался, чтобы он
лучше понял смысл выражения «Испытывайте духов, от Бога ли
они». Успеха я, к сожалению, не достиг… В действительности же
побеждает «духов» лишь дух, а не интеллект…».
• Человек может соблазнится «Духом» от Дьявола, а не Бога: о чем
речь. Например, ради олимпийской медали как цели спортсмен идет
на нарушение норм морали, предаёт дружбу, любовь и т.д. Фанатик в
религии или политике готов убивать иноверцев или оппонентов и т.д.
Чем захвачен человек в своём «Духе»: четко и ясно различить, иду я к
«Добру» или «Злу» очень непросто и человек может считать, что он
на праведной стороне и делать всё для своей цели, а потом окажется,
что служил «Дьяволу», а не «Богу». Сталинисты, например, были
искренни в своих чувствах и мыслях, ссылали, расстреливали людей
как «врагов народа» и многие остались в этом убеждении до конца
жизни, хотя уже появились факты, что репрессировали невиновных
крестьян, рабочих, интеллигенцию и т.д.
• Фрейд не признавал «дух», по Юнгу, признавал только «интеллект»…