Занятие 4.2. нарративный анализ

1. Нарративный анализ Монтаж

25.03.2026
Преподаватель к.пс.н., М.О.Аванесян

2. Общая рамка – категория "личность"

Общая рамка – категория
"личность"
Д. Макадамс в своей
теории личности
предполагает, что
индивидуальность человека
может быть описана как
«уникальный паттерн черт,
адаптаций и историй».
индивидуальные или Я-истории,
обеспечивающие интеграцию и
осмысленность первым двум
уровням.
паттерны социально-когнитивных
механизмов адаптации личности к
ситуациям, такие как мотивы или
цели развития.
Первый уровень данной структуры
составляют личностные
диспозиции, такие как, например,
черты «большой пятерки».

3.

• Нарратив - это «организованная интерпретация
последовательности событий, [которая] включает
приписывание действия персонажам в повествовании и
возможность вывода причинных связей между событиями»
(Murray, 2003, p. 113).
• дает нам возможность «определить самих себя, сделать более
явной непрерывность (continuity) нашей жизни и передать это
другим» (Murray 2003: 116)

4. Связанность. "Одно изображение – один кадрик"

Связанность.
"Одно изображение – один кадрик"
Как с помощью монтажа в кино создается история.
Отдельный "кадрик".
Маркированный элемент
1. События следуют друг за другом я последовательности, предусмотренной режиссером. Кадры переклеиваются.
2. Последовательные эпизоды монтируются в смысловое целое.
3. Очень крупный план. Крупный план. Далекий план.
4. Выраженные ракурсы (различные виды смещения оси зрения по вертикали и горизонтали).
5. Убыстренный темп. Замедленный темп. Остановка.
6. Различные виды наклона. Перевернутый кадр.
7. Панорамная съемка (вертикальная и горизонтальная).
8. Обратное движение кадров.
9. Применение деформирующих объективов и других способов сдвига
пропорций.
10. Комбинированные съемки.
11. Звук сдвинут или трансформирован, монтируется с изображением, а не автоматически им определяется.
12. Размытое изображение.
13. Цветной кадр.
14. Негативный кадр и т. д.
Лотман Ю. М. Семиотика кино и проблемы киноэстетики
28.02.1922- 28.10.1993

5. Связь фигур внутри кадрика: композиция кадра как монтаж

• Уже здесь мы сталкиваемся с определенной композицией.
Объекты соотносятся друг с другом, образуя некоторое
значимое отношение, семантика которого не сводится к
механической сумме значений отдельных объектов
(Эйзенштейн).
• Чаще всего мы будем иметь дело с различными объектами,
сопоставленными по модусу, что делает именно его
активным носителем значений.
• Так, в некоторых полотнах освещение делается более
значимым элементом, чем изображение предметов.
• Выделяя модусы, связывающие фигуры и вещи внутри
кадрика или противопоставляющие их, мы можем получить
характеристику наиболее нагруженных значением
элементов изобразительного текста.

6.

• Собственно кинематографический эффект возникает лишь с
того момента, когда один кадрик сопоставляется с другим, то
есть на экране возникает рассказ.

7. Монтажный эффект

• Рассказ может появиться в результате сопоставления цепочки
кадриков, фотографирующих различные объекты, и из
цепочки, в которой один объект меняет модусы.
• Если учесть, что резкая смена плана приводит к тому, что на
экране оказывается не предмет, а его часть, (а это,
фактически, воспринимается как смена объекта), то можно
сказать, что первый случай будет представлять на экране
смену кадров, а второй - движение изображения внутри кадра.
• Монтажный эффект возникает в обоих случаях. Образование
новых значений и на основе монтажа двух различных
изображений на экране, и в результате смены разных
состояний одного изображения представляет собой не
статическое сообщение, а динамический нарративный
(повествовательный) текст, который, когда он осуществляется
средствами изображений, зримых иконических знаков,
составляет сущность кино.

8. Начало истории

Начало комикса как правило начинается со знакомства зрителя с местом и
временем действия истории.
Первые кадры задают тон всей истории и ее настроение. Они вводят
зрителя в курс дела и готовят к дальнейшим событиям.

9. История. Начало.

• Часто история начинается с полосного
панорамного кадра, знакомящего
зрителя с тем местом, где будут
разворачиваться события истории.
• Полосный кадр – это кадр занимающий
всю полосу, т.е. по горизонтали весь
лист.
https://en.ppt-online.org/642870
Клуб создателей комиксов Санкт-Петербург, 2019

10. Правила построения композиции…

11. Life-making

• Нарратив - выработанная культурой форма для life-making: он
позволяет собрать воедино разрозненные факты человеческого
существования в соответствии с повествовательноперсонажной структурой.
«Собранные и отработанные данные группируются
таким образом, что возникает то, что мы называем
«интригой»… события превращаются в элементы
фабулы, в которой различимы завязка, кульминация и
развязка» (Х. Уайт).
Законы повествования, таким образом, могут быть
интерпретированы как один из основных механизмов
психокультурной регуляции.
Формы повествования, их иерархия и способы выражения отношений между
повествовательными инстанциями специфичны для каждой культуры, что
необходимо учитывать при проведении анализа.

12. Нарратив как психокультурная технология

«Кто-то рассказывает кому-то, что что-то произошло» (Барбара
Х. Смит).
Осознание того обстоятельства, что рассказывая истории вообще
и истории своей жизни в частности, человек изменяет качество
своего опыта, обустраивает память, переживает время в его
последовательности и длительности, задает идентификационную
систему координат и производит смыслы, изменило
методологический и эпистемологический статус нарратива.

13. t

• От описаний, аргументов, рассуждений, лирических
отступлений рассказ отличает то обстоятельство, что его
форма (сюжетная организация начало-кульминация-развязка,
интрига) позволяет изложить события, развивающиеся во
времени.
• Само переживание происходящего как события было бы
невозможно без повествования (П.Рикер).

14. Этот текст – этого достаточно для нарратива?

• Ключевой вопрос, который необходимо задать таким данным, достаточно ли они нарративны.
• Другими словами, рассказывали ли участники истории или они
просто сообщали о своих мыслях, чувствах, идеях и т. д.?
• Общепринятого определения понятия "нарратив" не
существует, но если большинство участников не рассказывают
истории - то есть опыт конкретных жизненных событий,
разворачивающихся во времени, - данные не подходят для
продуктивного нарративного исследования.

15. В основном два типа нарративов

1. История жизни (автобиографический нарратив) (см.
Приложение)
2. Конкретное событие, связанное с определенной
темой (ограниченная сцена, просьба о детализации и
уточнении, а также просьба поразмыслить над этой сценой
или придать ей смысл). В отличие от истории жизни, позволяет
исследователям задавать вопросы о значении конкретного опыта и
о том, как процессы смыслообразования различаются в
зависимости от опыта.

16. Интервью о жизненной истории

• Некоторые исследователи могут быть заинтересованы в более
конкретном жизненном опыте, а не в общих категориях
(например, поворотных моментах). В таких случаях LSI
предоставляет хороший шаблон для написания подсказок.
Например, в исследованиях таких разнообразных тем, как
личные проступки (Mansfield, Pasupathi, & McLean, 2015),
содержание идентичности (например, политика, гендер,
семья; McLean, Syed, & Shucard, 2016), переход к родительству
(Dunlop et al, 2017), а также смена профессии и религиозные
обращения (Bauer & McAdams, 2004).

17. Пример инструкции для создания нарратива для описания специфического опыта

• A template for such a prompt is:
Please describe a scene, episode, or specific moment in your life that stands out
as [emblematic of the topic of interest]. Please describe this scene in detail.
What happened, when and where, who was involved, and what were you thinking
and feeling? Also, please say a word or two about why you think this particular
moment stands out to you now and what the scene may say about who you are as
a person.
Опишите сцену, эпизод или определенный момент в вашей жизни, который
выделяется как [когда Вы были благодарны/испытывали вину/стали
родителем]. Опишите эту сцену подробно. Что произошло, когда и где, кто
был вовлечен, и что вы думали и чувствовали? Также, пожалуйста, скажите
пару слов о том, почему, по вашему мнению, этот конкретный момент
выделяется для вас сейчас, и что эта сцена может сказать о том, кто вы как
личность.

18.

19. Письменная или устная форма нарратива?

• Рассказы могут быть получены от участников как в устной, так и в
письменной форме.
Интервью позволяет задавать дополнительные (follow-up questioning)
вопросы и, как правило, дает более развернутые рассказы, а также
помогает установить взаимопонимание и комфорт, что может
способствовать раскрытию информации.
Письменная форма позволяет получить более краткие и, возможно,
более связные ответы, уменьшить влияние интервьюера и облегчить
обмен деликатной информацией или историями, для которых
участники могут пожелать большей анонимности (см. Grysman & Denny,
2016; McCoy & Dunlop, 2016).

20. Этика нарративного исследования

Нарративные данные поднимают уникальные этические вопросы.
• Во-первых, изложение личных историй может быть тяжелым эмоциональным
испытанием, особенно в отношении некоторых типов событий (например,
низких моментов, травм, проступков). Процедуры получения согласия, сбора
данных и подведения итогов должны быть организованы с учетом этого.
Особенно важно четко сформулировать задачу перед получением согласия,
проверить участников во время сбора данных и/или быть готовым сделать
рекомендации во время дебрифинга.
• Во-вторых, нарративы не могут быть анонимизированы так же, как другие типы
данных. Эти вопросы должны учитываться в процессе получения согласия
(путем разъяснения участникам возможных способов использования их данных),
при подготовке экспертов (путем установления стандартов профессионализма и
уважения при работе с данными), при работе с данными (путем установления
четких правил ограничения доступа) и при представлении результатов (путем
стремления скрыть личность конкретных людей, позволяя "подлинным голосам"
проиллюстрировать более широкие тенденции).
• Эти этические вопросы создают проблемы для обмена данными с коллегами.

21. Нарративная схема

— это когнитивный механизм организации информации с целью
понимания смысла социального взаимодействия героев,
разворачивающегося во времени и пространстве. Обязательными
структурными элементами нарративной схемы являются:
1) начало истории (отдельного эпизода или всей автобиографии);
2) ее кульминация в виде столкновения намерения (интенции)
главного героя и препятствия (пресса);
3) окончание истории;
4) ценностная интеграция;
5) главный герой истории — персонаж, реализацию намерения
которого прослеживает рассказчик в своем повествовании.

22.

23. Для того чтобы быть понятым, повествование должно быть организовано по определенной схемe:

• Главный герой истории — персонаж, реализацию намерения которого прослеживает
рассказчик в своем повествовании.
• пресс – намерения других героев, жизненные обстоятельства, качества самого героя,
случай и пр.
• Столкновение намерения (интенции, потребности) и препятствия (пресса) образует
тему повествования. Разрешение темы в пользу реализации намерения героя или
отступления под давлением пресса задает эмоциональный тон финала истории.
Ценностная интеграция возможна как в ситуации победы, так и в ситуации поражения.
• Фабула литературного повествования, то есть последовательность изложения частей
истории, может отличаться от хронологического порядка событий — сюжета,
создавая интригу и вынуждая слушателя неоднократно перестраивать в своей голове
нарративную схему.
• Такой литературный прием позволяет последовательно переоткрывать и наполнять
оттенками смысл истории.

24. К позиции исследователя

• Исследователь тоже рассказывает истории о своих респондентах, их символических
мирах и практиках. А уже в процессе этого рассказывания чужие субъективные миры
обретают форму и становятся понятными, выявленными, наделенными смыслом.
Возможности для легитимации позиции рассказчика как одной из приоритетных,
естественных и эффективных для исследователя.
Признание такой позиции не позволяет избавиться от деформирующих эффектов наррации,
зато делает всякую «биографическую утопию» (описание истории жизни в телеологических
категориях, выделение в ней лейтмотивов и другие последствия нарративной формовки
чужого жизненного опыта) предметом тщательной рефлексии.
• Переход от доминирования описания в качественных исследованиях к рассказыванию
историй окончательно закрепляет позицию качественного исследователя в
аналитическом поле – субъективную, включенную, индуктивную, неиерархическую,
чувствительную к чужим голосам и рефлектирующую по поводу собственного голоса.
• Нарративы позволяют исследователям этически и осмысленно понимать пережитый опыт
в контексте (Fivush, 2010). Придание ценности голосам и опыту участников может быть
сделано только путем изучения динамического и контекстуального характера историй

25. Нарративная психология интересуется

• способы, которыми люди организуют и, таким образом, придают
согласованность своему опыту.
• Создавая рассказы о своей жизни, люди устанавливают связи между
событиями и интерпретируют их.
P.S. Хотя исследователи нарратива согласны с важностью нарративов в
человеческих взаимодействиях и разделяют интерес к структуре и
формам рассказов, которые рассказывают люди, важно понимать, что
исследователи нарратива имеют различия в своих теоретических
предположениях и методах анализа.

26. Общие черты нарративов

• обстановка,
• персонажи,
• исходные события,
• попытки,
• последствия
• реакции
Истории обычно происходят в обстановке и вовлекают персонажей,
которые принимают участие в истории. Часто исходное событие
вызывает попытку достичь цели, что приводит к последствиям,
требующим реакции со стороны персонажей.

27. Порядок vs хаос

• У большинства историй есть начало, середина и
конец, и их можно разделить на романы,
комедии, трагедии и сатиру (см. Hiles and Сermák
2008, p. 156).
• Однако… «определение повествования как чегото с «началом, серединой и концом» поднимает
вопрос о том, не является ли то, на что
смещается акцент, своего рода «защитной
»структурой, в которой отрицается реальная
дезорганизация повседневной жизни (ее
«начало, путаница и конец»)» (Emerson and Frosh,
2004, p. 8)

28. Нарративы как важнейшая часть смыслообразования

• Людям нужны повествования, чтобы навести порядок в мире,
который постоянно меняется; исп. термин emplotment
(созвучно «занятость»), чтобы описать, как рассказчики
пытаются логически организовать последовательности в
осмысленные сюжеты (Рикёр,1984).

29. Нарратив как способ организации смыслов

• Стремление к организации и согласованности особенно проявляется, когда жизнь
кажется дезорганизованной и несвязной, поскольку нарративы часто материализуются,
когда наблюдается расхождение между идеальным и реальным опытом людей или
конфликты между собой и обществом. Так, люди часто рассказывают истории в трудные
времена, такие как болезнь, тяжелая утрата или развод (Брунер,1990).
• Построение таких повествований может помочь придать им значение и смысл,
поскольку «рассказ и тем более письмо, кажется, является способом взять под контроль,
создать порядок, тем самым сдерживая хаос» (Rimmon-Kenan, 2002, p. 23).
• Нарративы играют решающую роль в построении и поддержании самоидентификации
(Hiles and Cermák, 2008): люди выбирают, какие истории рассказывать, а какие не
рассказывать, и при этом активно конструируют свою собственную идентичность. Таким
образом, изменяя истории, которые мы рассказываем, мы можем изменить нашу
идентичность.
• Мюррей (2003) показывает, как у нас может быть несколько нарративных идентичностей,
связанных с различными социальными отношениями, и что эти идентичности могут дать
ощущение локальной связности (localized coherence) и стабильности.

30. Как рассказать о болезни?

• Frank (1995, p.1) в своей книге «The Wounded Storyteller»
описывает болезнь как потерю «пункта назначения и карты»,
которые ранее направляли жизнь человека. Он выделяет три
типа повествований, рассказываемых людьми, пережившими
болезнь: рассказы о возвращении, рассказы о хаосе и рассказы
о поисках (restitution, chaos and quest narratives).
• В этой статье исследователи сосредотачиваются на рассказах
14 мужчин в возрасте от 26 до 51, которые пострадали от травм
спинного мозга во время занятий спортом.

31.

‘Men, sport, spinal cord injury and narratives of hope’ by
Smith and Sparkes (2005).
1. Сюжет нарратива о возвращении: «вчера я был здоров, сегодня я болею, но завтра
вновь буду здоровым». Таким образом, конечной точкой такого повествования является
ожидание улучшения здоровья (в 11 из 14 рассказов; это доминирующий культурный
нарратив в отношении травмы спинного мозга). Такие рассказы содержали веру в то,
что в будущем будет лекарство, которое приведет к восстановлению здоровья.
• 29-летний Имонн, спинной мозг которого был поврежден за 12 лет до исследования, и
Мэтью, 35-летний мужчина, повредивший спинной мозг в 20-летнем возрасте, четко
описывают эту надежду (Smith and Sparkes, 2005, p. 1097):
Нарратив
возвраще
ния

32.

‘narrative wreckage’
… разлом повествования

33.

2. Нарративы хаоса вызывают тревогу, пугают и являются своего рода вызовом для
слушающего, поскольку они не дают надежды и являются напоминанием о хрупкости
человеческого тела. Может быть заманчиво попытаться вдохновить рассказчиков таких
историй на создание новых историй. Однако существует как моральная, так и
клиническая необходимость уважать нарративы хаоса. Рассказчики нарративов хаоса
не могут создавать новые истории, пока другие люди не выдержат свидетельство и не
проявят терпимость к тому, что говорят рассказчики.
Нарратив
хаоса

34. Возвращение или поиск?

3. Нарратив о путешествии: рассказчики рассматривают болезнь как часть
путешествия или поиска, болезнь принимается, и есть надежда, что опыт
болезни принесет пользу.
• Сравним: нарратив о возвращении (восстановлении) предлагает
материальную надежду в форме исцеления от болезни vs надежда,
предлагаемая в повествованиях о поисках, - это трансцендентная
надежда. Дуг, 34-летний мужчина, повредивший спинной мозг в 23 года,
и Дэвид, 28-летний мужчина, повредивший спинной мозг в 17 лет,
объясняют, как опыт перенесения болезни стал преобразующим.
Нарратив
поиска

35. Типология как результат, а не начало

• Хотя рассказы о поиске предлагают рассказчикам особый голос,
опасность таких рассказов заключается в том, что они могут
романтизировать болезнь и не могут полностью признать сложную и
мучительную природу болезни.
• Типологии рассказов о болезнях расширили знания о формах этих
рассказов. Но исследователь нарратива не просто сортирует
рассказы, которые составляют его или ее данные, в существующую
структуру типов сюжета или форм рассказа.
• Определение типологии участков должно стать результатом
исследования, а не его отправной точкой. Типы историй,
выявленные в исследовании, могут соответствовать или не
соответствовать существующим типологиям.

36. Терапевтическая функция нарратива

• Рассказы могут дать больному человеку шанс найти новый «пункт
назначения» и «карту» в жизни. В то время как болезнь может ранить тело и
голос человека, рассказы могут быть средством утверждения голоса
человека (Frank, 1995) утверждает, что .
• Кроме того, Мюррей (1997) утверждает, что рассказы о болезни часто
описывают период до болезни в несколько идиллических терминах и что
новые истории могут быть способом для рассказчика избавиться от вины и
усилить безупречность.
• На индивидуальном уровне рассказы могут изменить жизнь человека.
Нарративная терапия - это форма терапии, которая рассматривает
сдерживающие, ограничивающие истории, которые люди рассказывают о
своей жизни, и помогает им воссоздавать новые истории, которые являются
более наполненными и освобождающими (подробнее о нарративной терапии
см. White and Epston, 1990).

37. Нарративные исследования способствуют социальным изменениям

• Исследователи успешно работают над повествованием для
решения медицинских, социальных и образовательных
проблем, для построения сообществ и разрешения кризисов,
для содействия примирению и улучшения понимания в
ситуациях конфликта и перемен.

38. Как проводить нарративный анализ?

• В нарративном анализе внимательно рассматривается рассказ
участника и исследуется, как он «наводит порядок в потоке опыта,
чтобы понять (наделить смыслом) события и действия в своей
жизни».
• Однако исследователи нарративов различаются по подходам к
изучению грамматики рассказов. Они проявляют интерес к
различным особенностям повествования и задают разные
нарративные вопросы во время анализа.
• В конечном счете, не имеет значения, какой подход будет выбран,
если нарративный анализ является систематическим и ясным и пока
он дает представление о структуре повествования, его функциях и
его социальных и / или психологических последствиях.

39. Исследователи нарратива работают с описанием конкретных событий

• Их можно получить, используя существующие документы,
такие как известные (теле)интервью.
• Проводить полуструктурированные интервью. Напр., интервью
Макадамса (Lifestory interview).
• Семь вопросов о главах жизни, ключевых событиях, значимых
людях, сценариях будущего, стрессах и проблемах, личных
идеологиях и жизненных темах.

40. 7

• Вопрос о главах жизни предполагает размышление о жизни, как если бы это была книга,
и разделение ее на отдельные главы.
• Вопрос о ключевых событиях касается критических и значимых эпизодов в прошлом.
• Вопрос о значимых людях касается ключевых фигур в истории жизни, а также конкретных
героев и героинь.
• Вопрос о сценарии будущего задает вопрос о планах и мечтах человека на будущее.
• Вопрос о стрессах и проблемах исследует серьезные конфликты, нерешенные вопросы,
проблемы и факторы стресса.
• Вопрос о личной идеологии исследует основные убеждения и ценности.
• Вопрос о жизненной теме исследует, есть ли центральная тема, сообщение или идея в
повествовании человека.
Важно отметить, что, хотя этот протокол может помочь структурировать повествовательные
интервью, ему не нужно строго следовать, и есть другие способы проведения таких
интервью (например, Emerson and Frosh 2004; Hiles and Сermák 2008).

41. Langdridge (2007), Hiles and Сermák (2008) сформулировали полезные рекомендации по нарративному анализу

Применять к повествованию ряд интерпретационных точек зрения. Это означает
многократную проработку текста, задавая разные вопросы повествования.
• Один набор вопросов касается содержания повествования: какой тип истории
рассказывается? кто главные герои и что с ними происходит? имеет ли история четкое
направление (например, развитие или упадок) или она извилистая и беспорядочная?
• Другой набор вопросов касается тона повествования: как рассказывается история? какой
язык используется? он сообщается ровно или эмоционально? тон истории оптимистичен
или пессимистичен? комичен или трагичен? стремится ли говорящий к соглашению со
слушателем(ми)? какими могут быть риторические функции повествования (например,
цель его: убедить, извинить, оправдать, развлечь)?
• Следующий набор вопросов касается тем, которые затрагиваются в повествовании:
каковы тематические приоритеты текста? каковы его ключевые темы? как они связаны
друг с другом? они поддерживают или противоречат друг другу?
• Наконец, нам нужно задать вопросы о социальных и психологических функциях
повествования: какие идентичности конструируются в повествовании? как
повествование позиционирует главного героя? как он позиционирует других людей по
отношению к главному герою? насколько повествование предлагает своему главному
герою свободу действий? кто в этой истории влиятельный, а кто нет? в чьих интересах
разворачиваются события в повествовании? кто в результате выигрывает, а кто
проигрывает?

42. Целостность

• В то время как другие качественные методы исследования,
такие как интерпретативный феноменологический анализ (IPA)
и анализ дискурса, как правило, разбивают текст на темы,
исследователь нарратива будет пытаться не фрагментировать
текст, а вместо этого будет рассматривать повествование в
целом.

43. Рамки как более широкий контекст

• Внимательно относясь к содержанию и структуре рассказов,
которые рассказывают люди, важно учитывать, как их рассказы
формируются более широкими социальными и культурными
нарративами.
• Мюррей (1999) утверждает, что при социальном
взаимодействии мы используем нарративы, которые уже
присутствуют в нашей культуре.

44. Взаимодействие: вхождение в миры друг друга

• Мишлер (1986): важно обращать внимание на роль контекста
интервью в формировании повествования, поскольку повествования
возникают не изолированно, а в результате взаимодействия между
исследователем и участником.
• Франк (1995, с. 3): рассказы всегда кому-то рассказывают, даже если
этого человека нет, поскольку «даже сообщения в бутылке
подразумевают потенциального читателя».
• Мишлер (1986, с. 82): повествование является совместным
производством интервьюера и участника как «присутствие
собеседника и его форма участия - как он или она слушает,
посещает, поощряет, прерывает, отвлекается, инициирует темы и
завершает ответы - является неотъемлемой частью рассказа
респондента ».

45. Контекст самого проведения интервью

Mishler (1986, 96) предлагает задать четыре вопроса:
1 Как вопросы, оценки, молчание и ответы интервьюера входят в
создание истории?
2 Чем истории, рассказанные в интервью, отличаются от рассказанные
в других контекстах, например, в естественных беседах?
3 Приводят ли разные типы интервью и форматов вопросов к разным
типам историй?
4 Как можно учесть присутствие и влияние интервьюера при анализе и
интерпретации Рассказ респондента?
Важно подумать о том, почему рассказчик хочет рассказать свою
историю, и о том, какое впечатление(я) он может захотеть передать
слушателю.

46. Итак,

• Как и во всех качественных исследованиях, в нарративной
психологии исследователь не рассматривается как
объективный: он привносит в анализ свои собственные
предположения, предубеждения и убеждения.
• Важно, чтобы исследователь тщательно размышлял над своей
интерпретацией повествования и о том, как повествование
было совместно построено (co-constructed).

47.

• Пример нарративного анализа. Этот пример взят из «Повествовательных конструкций анорексии
и жестокого обращения: поиск спортсменом смысла травмы» (‘Narrative constructions of anorexia
and abuse: an athlete’s search for meaning in trauma’ (Papathomas and Lavallee 2012).
• Папатомас и Лавалли провели повествовательный анализ опыта Бет, 24-летней спортсменки,
которой ранее был поставлен клинический диагноз расстройства пищевого поведения. - нервная
анорексия.
• Во время интервью Бет сообщила, что все еще борется с пищевыми привычками и взглядами. Бет
приняла участие в шести неструктурированных интервью об истории жизни, которые позволили
ей свободно и широко говорить о важных аспектах своей жизни.
• Во время этих интервью первый автор, Папатомас, работал над установлением взаимопонимания
и доверия с Бет и использовал способы, чтобы побудить ее задуматься и принять участие в
построении повествования.
• При анализе данных Папатомас принял во внимание роль того, что Смит и Спаркс (2009: 281)
называют ‘story analyst’, который определяется как исследователь, который «отступает от
созданной истории и использует аналитические процедуры, стратегии и методы для
абстрактного изучения, объяснения и размышления о ее особенностях». Как аналитик истории
Папатомас описывает использование многих методов теоретиков нарратива, в частности, Holstein
и Gubrium (2000a) и Gubrium and Holstein (2009). Эти исследователи изучают «что» (‘whats’) в
нарративной реальности, фокусируясь на средовых обстоятельствах повествования, и «как»
(‘hows’) нарратива, которые фокусируются на процессах, посредством которых человек
воображает и творчески создает повествование.
• Помня об этом, Папатомас несколько раз прочитал стенограммы интервью с Бет и сделал много
аналитических наблюдений рядом с фрагментами текста. Папатомас сосредоточился на темах
нарратива и дал интерпретацию социальных и культурных детерминант рассказа («что»). Кроме
того, Папатомас внимательно изучил перформативные аспекты повествования и то, как Бет
находчиво связала определенные переживания, чтобы придать смысл («как»).

48.

При первой встрече Бет и Папатомаса стало очевидно, что Бет подверглась
сексуальному насилию со стороны своего тренера по теннису. Хотя
исследователи знали, что опыт Бет отличался от того, что обычно описывается в
спортивной литературе о расстройствах пищевого поведения, было сочтено
важным отдать должное нетипичному рассказу Бет и принять разнообразие и
сложность, которые это могло бы предложить.

49.

Интерпретативных подходов к изучению расстройств пищевого
поведения мало. Нарративный анализ представляет собой
привлекательный способ устранения этого недостатка и
применяется к истории жизни Бет, бывшей высококлассной
спортсменки, пережившей нервную анорексию и, как она
рассказала, сексуальное насилие.
Было проведено шесть неструктурированных интервью по истории
жизни, в результате чего было собрано более 9 часов данных
интервью. На протяжении наших разговоров Бет выстраивала
многочисленные, хрупкие, а иногда и контрастирующие
повествовательные связности, свидетельствующие о
фрагментированном и неопределенном понимании ее жизни.
Утверждается, что то, как Бет понимает свою травму, имеет важное
значение для ее будущего опыта.

50.

Учитывая отмеченные препятствия для нарративной практики
Бет, ее существующие конструкции примитивны и
неопределенны. Обсуждая свое самоизнурение, Бет признала
отсутствие сюжета повествования: "Очевидно, что у меня в
голове все перепуталось: почему это произошло и откуда это
все взялось". Бет также лишена сюжета, когда рассказывает о
своем опыте сексуального насилия: "Есть еще много проблем,
с которыми я до сих пор не справилась, я думаю. Я до сих пор
не разобралась с этим в своей голове". Бет до сих пор не
может выстроить приемлемый сюжет ни для одной из
проблем, и это приводит к бессвязности повествования,
психологические последствия которой могут включать потерю
идентичности (Charmaz, 1991) и безнадежность (Frank, 1995).
Кроме того, нарушенное и бессвязное повествование может
быть столь же проблематичным, как болезнь или травма,
вызвавшая это нарушение (Hyden, 1997).

51.

• Предполагается, что в случаях нарушения нарратива
формулирование историй, акт (пере)конструирования нарратива,
становится важным с точки зрения восстановления чувства
связности, поиска смысла и адаптации к травме и болезни (Crossley,
2000). Как уже говорилось, такая история ускользает от Бет, хотя,
когда она рассказывает о своей жизни, видно, что она
предпринимает активные шаги к ее созданию.
• Например, она намекнула, что временами ее сопротивление
повествованию о своем опыте может ослабевать: "Мне кажется, я
научилась говорить немного больше". Бет перестала бороться с тем,
что Риссман (2008) называет "повествовательным импульсом».

52. Что определяет избирательность рассказчика?

• Работа с памятью, метод исследования, который был
разработан в 1980-х годах Фриггой Хауг и ее коллегами в
Западной Германии (см. Haug,1987).
• Она внимательно изучает воспоминания участников о прошлом
и выявляет, анализирует и интерпретирует эти рассказы.
• Объектом исследования были способы, которыми индивиды
присваивают и усваивают социальные отношения и практики,
«как они входят в заранее заданные структуры, внутри которых
они производят себя и категории общества» (p. 40).

53. Исследования памяти

• Они предоставляют «материал, из которого мы сделали себя»
(1987: 48).
• Важно понимать, что работа с памятью не утверждает, что
именно события прошлого делают нас такими, какие мы есть;
скорее, как и в нарративной психологии, решающим является
процесс, с помощью которого мы пытаемся ассимилировать
незнакомое, разрешать противоречия и конфликты и
конструировать конкретную версию прошлого и самих себя.

54. Представления о себе, или концептуализация Я

• Некоторые исследователи нарратива разделяют точку
зрения, согласно которой рассказанная людьми история
жизни составляет их личность и их самоощущение.
• Хотя эта история будет пересматриваться и пересказываться
много раз на протяжении всей жизни, существует
фундаментальная преемственность во внутреннем
повествовании, и эта непрерывность повествования
составляет личность человека; с этой точки зрения
«идентичность - это история жизни» (Singer 2004: 445).

55.

• Другие исследователи повествования считают, что, хотя
рассказывание историй о себе играет важную роль в
формировании самоощущения, самость - это нечто большее,
чем рассказывание историй. С этой точки зрения,
нелингвистические измерения опыта (например, воплощенные,
психические и / или бессознательные) также вносят
значительный вклад в понимание того, кто мы есть.
• Кроме того, существуют разные взгляды на относительную
стабильность нарративных построений самости: одни
исследователи нарратива подчеркивают преемственность,
согласованность и интеграцию, тогда как другие обращают
внимание на неунитарный, фрагментарный, контекстнозависимый характер нарративной идентичности.

56. Какого рода знания стремится произвести нарративная психология?

• Нарративная психология нацелена на получение знаний о том, как люди вплетают свой
опыт в значимые истории и о некоторых (психологических и социальных) последствиях
этого. Исследователи нарратива не смотрят на то, являются ли рассказы участников
объективно «правдивыми» или «ложными»: «значение изменчиво и контекстно, а не
фиксировано и универсально». Разные люди могут рассказывать разные истории об
одном и том же событии, и один и тот же человек может рассказывать разные истории о
событии в зависимости от контекста, в котором рассказывается история.
• Для исследователя нарратива это не проблема, поскольку нарративная психология
смотрит на то, как участники конструируют прошлое, что включено, а что исключено в
рассказах, которые они рассказывают о своем прошлом, и что эти истории значат для
них. Таким образом, исследования нарративной психологии порождают социальные
конструкционистские знания; однако важно признать, что повествовательные
исследования в значительной степени связаны с социальными и психологическими
последствиями рассказов, которые рассказывают люди, и эти последствия очень
реальны, поскольку они определяют то, как люди живут своей жизнью.
• Некоторые исследователи нарратива также интересуются социальными, культурными и
материальными условиями, которые определяют доступность определенных типов
историй, а это означает, что в таком исследовании будет применена критическая
реалистическая точка зрения.

57. Какие типы предположений о мире делает нарративная психология?

• Психология основана на предположении, что человеческое
поведение и опыт значимы и что для понимания других и самих
себя мы должны внимательно присмотреться к системам и
структурам смысла, которые составляют наш разум и мир
(Polkinghorne 1988).
• Нарративная психология предполагает, что люди рефлексивны,
и что они прирожденные рассказчики, которые придают смысл
своему опыту, рассказывая истории о них. Кроме того,
исследователи нарратива считают, что люди понимают себя,
используя язык, речь и письмо, и что посредством этих
процессов люди постоянно участвуют в процессе создания
самих себя (Crossley 2000).

58.

• С точки зрения нарратива значение создается и обсуждается в
социальном контексте, и как таковое оно вызывает символическую
интеракционистскую перспективу. Поскольку нарративная
психология предполагает, что способ, которым люди познают себя в
мире, является продуктом построенных ими нарративов, она
принимает социальную конструкционистскую ориентацию, согласно
которой субъективная «реальность» человека определяется не
напрямую социальными и материальными структурами, а историями,
которые рассказывают о них.
• В то же время нарративные исследователи признают, что такие
смысловые конструкции фундаментально социальны по своей
природе и что они не являются «свободно плавающими» в том
смысле, что существуют пределы тому, что можно сказать об опыте в
рамках конкретного социокультурного и культурного опыта.

59. Как нарративная психология концептуализирует роль исследователя в исследовательском процессе?

• Нарративная психология рассматривает исследователя как
играющего активную роль в процессе исследования.
• Вопросы, которые задает исследователь, и характер отношений
между исследователем и участниками в некоторой степени
определяют, какие истории участник рассказывает, а какие не
рассказывает.

60.

• При анализе исследователь не просто описывает рассказы
участников, но и будет зависеть от своих собственных
предположений, предубеждений и убеждений.
• Крайне важно, чтобы исследователь открыто говорил об этом и
ясно говорил об использованном методе и размышлял о своей
роли в создании и понимании повествования. Кроме того, роль
исследователя и его или ее деятельность отражают действия
участников в том, что проведение и написание исследования
являются еще одним способом рассказать историю.

61. Пример воспоминания от 3-го лица «Saying sorry»

• She was aged between 4 and 6. It was evening, her mother in the kitchen
cooking dinner. She was playing on the carpet near her father’s feet. He was
reading the paper, sometimes talking to her, sometimes responding to her
questions or comments. It was a warm night, he had taken off his suit coat.
• Absorbed in her game she didn’t notice him falling asleep until he failed to
respond to one of her remarks. His hands were tucked behind his head, his
mouth slightly open, he was snoring lightly. She crept to him giggling to herself,
anticipating his delight as she initiated one of their tickling games, watchful as
to whether he was really asleep.
• He pretended a lot. At the first touch of the cotton shirt covering his armpits his
eyes startled open, his mouth erupted an ‘ugh’ of anger, his hand stung across
her face: ‘Don’t you ever do that again.’ She cried loudly enough so her mother
heard (or perhaps she heard him shout) and came in. ‘What happened?’ And
after the explanation: ‘She didn’t mean to upset you.